«Бог благословил меня периодическими проклятиями по строго составленному Им календарю. Летнее солнце растапливало струпья; к сентябрю грудь и ноги у меня были чисты, не считая едва видных зернышек, бледных, почти незаметных, которые от холодного дыхания осени и суровости зимы снова давали всходы. К весне они бывали в пышном цвету, но солнце, пригревая, уже сулило спасительное избавление. А в январе надеяться было не на что. Локти и колени, где кожа больше всего раздражалась, покрывались коростой; на лодыжках, там, где носки обтягивали ноги, остервеневшая сыпь сбивалась в плотную корку цвета освежеванной крысиной тушки…»